ivgnnm

2014/01/05

Ancien Regime

Ста́рый поря́док (также Старый режим; Дореволюционная Франция; фр. Ancien Régime, Ансьен Режим) — политический и социально-экономический режим, существовавший во Франции приблизительно с конца XVI — начала XVII вв. до Великой Французской революции. Как пишет французский историк П. Губер, «Монархия Старого порядка родилась в гражданских войнах, которые привели Францию к краху во второй половине XVI в.». Однако некоторые его черты возникли ещё ранее, в XV—XVI вв. Особенности Старого порядка во многом предопределили Великую Французскую революцию и её характер

А. Токвиль. Старый порядок и революция // L’ancien regime et la revolution
http://royallib.ru/book/tokvil_aleksis/stariy_poryadok_i_revolyutsiya.html

Бродель. Материальная цивилизация, экономика и капитализм. XV-XVIII вв. Том 1. Структуры повседневности: возможное и невозможное

О патриархальном быте владимирцев.
(Источник: Субботин А.П. Губернский город Владимир в 1877 году. Всестороннее описание в связи с сравнительными данными о других городах России. Опыт отчизноведения. — Владимир, 1879)

Гигиена, или наука о сохранении здоровья, представляет для огромного большинства тарабарскую грамоту. Даже люди интеллигентные редко следуют гигиеническим предписаниям и после нескольких попыток отступают от них и втягиваются в привычки, выработанные окружающим. Вместо знания много помогает бодрость духа и вера в пословицу: Бог не выдаст, свинья не съест. Соблюдение гигиенических правил действительно роскошь в среде обывателей, для которых годовой бюджет в 600 р. является манной небесною, люди состоятельные считают гигиену чем-то докучным, утрированным и не пытаются жертвовать для неё приятностями культурно-растительного существования. Жилища людей со средствами хотя и просторны, но редко проветриваются, отопление не удовлетворительно; вентиляция чаще в виде жестяных трубок, иногда форточек, а иногда и вовсе отсутствует, расположение комнат можно бы назвать смешным, если бы не было так печально; самые светлые и большие комнаты отводятся для декорации, для гостей, семейство же теснится в тесных задних комнатках, загромождённых разной утварью и рухлядью, зачастую пыльных и грязных. Спёртый воздух, кислый запах, духота во время топки – вот условия, в которых растёт и развивается большая часть детей привилегированного класса. Вокруг домов и на дворе также не соблюдается надлежащей чистоты; навозные ямы под боком, на дворе лужи, почва всасывает миазмы и нечистоты, запах из отхожих мест и т. п., и это в приличных домах; о жилищах низшего класса нечего и говорить: здесь в одной избе помещается и мастерская, и дети, вентиляции не полагается, испарение ещё тлетворнее, отхожие места — на дворе, в саду и т. п., печи большей частью с одноколенчатыми трубами, отчего тепло не долго держится.

Что касается одежды, то и здесь влияет не здравое суждение, а мода. Зимою богатые одеваются слишком тепло, детей кутают; бедные слишком холодно, горло увязывают шарфами о ногах заботятся меньше. Летом одеваются в платье, задерживающее испарения.

Чистоплотность не всегда отличительное качество владимирца. Лица высшего класса иногда больше думают о наружной чистоте, чем об исподней; в воде соблюдается экономия. Бани — почти при каждом доме; но вздорожание дров делает отопление их довольно невыгодным, и общественные бани стали посещаться чаще: таких две – 1) старые, у плавучего моста, тесные и грязные (5 — 10 к.), с 12 грязными номерами (50 — 75 к.), 2) новые на большой улице у Муромского съезда — чистые, с проведённой водой (5 к. и 15 к.) с хорошими номерами (50 к. — 1 р.).

Питание нерегулярно. Высшие классы стараются разнообразить и «гастрономить» пищу в ущерб её восстановительным свойствам. Самая питательная пища – бифштекс, яйца, молоко — здесь не в чести. Средние и низшие классы о вкусе не заботятся, лишь бы набить желудок: («чего бы ни наесться, лишь бы сытым быть. Всё в один желудок»); обыденные яства средних — щи, кислая капуста, гречневая и пшенная каша, кое-когда низкопробная говядина, баранина, свинина, низших — пустые щи или картофельная похлебка, капуста с квасом, картофель с луком, гречневая каша, мясо и рыба только по праздникам, да во дни денежные.

В количественном отношении питание бедняков весьма неравномерно. В большие праздники наедаются до отвалу, затем живут впроголодь. Скудное питание действует ещё не так вредно потому, что у жителей нет особо-напряжённых работ: мелкое торгашество, огородничение и садоводство, ремёсла, разные поручения, личные услуги и т.п.

Лучшее питьё, вода здесь избегается; пьют более квас, чай, сусло, пиво, водку; квасницы — здесь издавна. Пиво появилось с 60-х гг., минеральные воды – с 70-х. Спиртные напитки с самого основания города веселят душу владимирцев. Высшие классы употребляют их в форме разных вин, наливок и т. п., средние и низшие в очищенном виде. Многие доходят до излишества, тем более, что во Владимире 110 мест питейной торговли, т. е. 1 на 164 жителей, тогда как во всей России – 1 на 1200 жителей. Всего продается в городе 57 т. ведер водки, т. е. по 3 ведра на 1 ж., а если считать лиц мужеского пола 20—75 л. (8855 ч.), то придётся по 6,4 ведра, или по 1 4/5 шкалика (на 9 к.) в сутки, во всей России – по 1,87 в. или по ½ шкал. в сутки.

Вообще во Владимире твердо помнят, что 1) веселие Руси — пити; 2) и пить — умрёшь и не пить— умрёшь, лучше пить, да умереть.

Курение всё более и более входит во всеобщее употребление, курят даже многие подростки 12 л.; как выпивка скрадывает горестные ощущения, так курение скрадывает скуку, заставляет думать, что время не даром проходит. Люди непьющие и некурящие как компаньоны теряют много в глазах общества.

Рациональной гимнастики во Владимире почти неизвестно; люди простые заменяют гимнастику физическим трудом, но зато лишены умственной гимнастики. Лица среднего и высшего классов знают одну гимнастику — ходьбу или «моцион» и скорее насидят себе геморрой за зелёным столом, чем примутся за унизительную физическую работу. Физические упражнения более, чем в других городах, практикуются подростками; гимназисты прибегают к ним после усиленной умственной гимнастики над классиками; остальная молодёжь также посвящает часы досуга играм в городки, бабки, котел, чижи, голубями, катанию на лодке, на санях, на коньках, кулачным боям и т.п.

Женская гимнастика совсем в забросе.

При таком положении дел во Владимире редко встретишь вполне здорового субъекта; одышка, геморрой, простуда, зубная боль, слабость и дряблость членов, бледность и т. п. явления обычные. Для борьбы с болезнями здесь есть достаточный медицинский персонал: 11 врачей, 5 акушерок, до 10 фельдшеров и 2 аптеки. При всём том многие, особенно из простого класса, лечатся домашними средствами или обращаются к своим общедоступным и простым эскулапам которые лечат разными травами и заговорами.

Из среднего класса далеко не все в состоянии лечиться на дому и чаще всего ложатся в единственную здесь больницу. Большая часть врачей смотрит на частную практику, как на побочное занятие; плата за визит ограничивается 1 — ½ руб. и только в лучших домах 2, 3 р. Врачи принимают и на дому: они вообще не могут выбрать особой специальности и лечат от всего. Акушерки оказывают помощь ограниченному числу родильниц, большая часть обходится без их помощи; их заменяют простые неученые повитухи, дамы без всяких претензий и, главное, дешёвые, фельдшера имеют более практики и в весьма многих случаях с грехом пополам заменяют врачей.

По своему физическому характеру коренной владимирский обыватель напоминает сурового славянина; рост средний, а часто и выше, сухощавое сложение, довольно развитая грудь, прямой нос, широкие плечи, обильная растительность, тёмно-русые волосы, цвет лица темнее, чем у других славян, походка с развальцем, пытливый взгляд серых и карих глаз, особых примет нет; женщины не высокого роста и особой красотой не отличаются. Вообще, что-то среднее между белокурым, румяным, невысоким северным славянином и между серьёзным, смуглым, черноволосым южным. Говор довольно быстрый, громкий и отчётливый, с сильным оканьем.

Сажали картофель со слезами…
«В Никитинской волости, несмотря на приказание начальства, крестьяне не шли сажать картофель. Ввиду их упорства и неповиновения было призвано войско, и тогда крестьяне, боясь, что в них будут стрелять, вышли в поле и сажали картофель со слезами» (Из воспоминаний крестьянина Ф.Д.Бобкова, 1831/32-1898 гг.)
Комментарии
= тогда было вот в чем дело, не зная что можно есть, многие травились ягодами картошки, потому и было серьезное противодействие…
= Скорее безграмотность внедренцев картошки, которые не объяснили, как употреблять неизвестную в России клубневую культуру.
= да объясняли как раз, но «какая то баба сказала» аргумент всегда весомей…
= Это из Александра Власьевича Терещенко. Он — практически современник событий, связанных с картофельными бунтами середины XIX века в наших центральных губерниях. И про суеверия, и про отсталость и темноту крестьянства он пишет сполна. Другое дело, что считает — быстро все преодолеется. Практика показала, что это был оптимистический прогноз:

UPD
Кошен Огюстен. Малый народ и революция

Реклама

Добавить комментарий »

Комментариев нет.

RSS feed for comments on this post. TrackBack URI

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

Создайте бесплатный сайт или блог на WordPress.com.

%d такие блоггеры, как: